Отчет о нарушениях прав человека в Кабардино-Балкарии
Август 2026 года
Хава Бештоева
Комплексный анализ материалов независимых СМИ, мониторинговых интернет-ресурсов и официальных заявлений граждан за август 2026 года свидетельствует о необратимой тенденции к масштабному ограничению прав и свобод человека со стороны органов государственной власти и силовых ведомств в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Адыгее. Задокументированные в отчетный период прецеденты указывают на скоординированный характер правоприменительной практики, ключевыми элементами которой стали политически мотивированное давление на лидеров общественного мнения, прямые репрессии против правозащитного сообщества, фабрикация обвинительных материалов и системное попрание права на справедливое правосудие. Масштаб и глубина зафиксированных нарушений фундаментальных конституционных гарантий подчеркивают критическую необходимость консолидации усилий независимых правозащитных институтов для мониторинга ситуации и защиты граждан в республиках макрорегиона.
Анализ правозащитной обстановки указывает на то, что наибольшее число системных нарушений прав человека приходится на Кабардино-Балкарскую республику:
Цикл преследований по «антивоенным» статьям
- За видео, опубликованное в WhatsApp видео Нальчикский горсуд признал жителя Нальчика Шахина Шихмурадова виновным в дискредитации вооруженных сил РФ и оштрафовал его на 30 тысяч рублей.
Согласно материалам дела, он снял видео, на котором призвал к публичным действиям, направленным на дискредитацию армии, а затем отправил ролик в группу в мессенджере.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425420
- За видео, опубликованное в WhatsApp Нальчикский городской суд признал Азамата Балкизова виновным в дискредитации вооруженных сил РФ и оштрафовал его на 30 тысяч рублей.
Согласно материалам дела, житель Нальчика Азамат Балкизов разместил в мессенджере видео, содержание которого силовики сочли дискредитирующим армию. Они составили протокол в отношении Балкизова и направили материалы в суд.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425443
- За пост, опубликованный в Instagram Урванский райсуд признал Ислама Жанова виновным в дискредитации вооруженных сил РФ и оштрафовал его на 30 тысяч рублей.
Согласно материалам дела, 18 марта 2022 года житель Урванского района Ислам Жанов опубликовал в сообществе «Позитив Нальчик» в Instagram пост, который был расценен силовиками как направленный на дискредитацию армии.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425479
- По неприведенным публично причинам суд в Нальчике оштрафовал местного жителя Эдуарда Удовыдченко, признав его виновным в дискредитации военных.
Сотрудники правоохранительных органов составили в отношении жителя Нальчика Эдуарда Удовыдченко протокол о дискредитации армии, а затем направили материалы в суд.
Нальчикский городской суд признал Удовыдченко виновным по статье 20.3.3 КоАП РФ «Дискредитация вооруженных сил РФ» и оштрафовал его, сообщается в карточке дела, опубликованной на сайте суда.
В судебных материалах при этом не указано, за что силовики составили протокол в отношении Удовыдченко, а также не приведены подробности по делу.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425902
Правоприменительная практика по статье 20.3.3 КоАП РФ (дискредитация Вооруженных сил РФ) в Кабардино-Балкарской Республике за отчетный период демонстрирует устойчивый цикл преследований граждан за выражение мнения в цифровом пространстве. При этом в ряде случаев поводом для преследования становится распространение видеозаписей внутри закрытых или полуприватных групп в мессенджере WhatsApp. Вменение «публичных действий» за активность в приватных чатах мессенджеров размывает само юридическое понятие публичности и вторгается в сферу тайны личной переписки.
Факт ретроспективного преследования обнажает случаи наложения штрафов за публикации в 2022 года, указывая на продолжающуюся практику мониторинга силовиками архивных записей многолетней давности. Квалификация старых публикаций как длящихся правонарушений создает для граждан ситуацию перманентной правовой уязвимости.
Описанный конвейерный характер рассмотрения дел по ст. 20.3.3 КоАП РФ в регионе формирует атмосферу тотального самоцензурирования среди населения, ограничивает гарантированную Конституцией РФ свободу слова и требует от правозащитных институтов усиленного мониторинга на предмет недопущения автоматического перевода этих административных дел в плоскость уголовного преследования по повторным статьям.
Исключения:
- Нальчикский горсуд из-за нарушений вернул силовикам дело о дискредитации армии.
Согласно материалам дела, силовики в Нальчике составили протокол о дискредитации армии в отношении местного жителя Павла Улимбегова и направили материалы в суд. Однако судья отказался рассматривать дело и вернул его силовикам.
«Для устранения выявленных недостатков и нарушений <…> протокол и другие, приложенные к нему материалы дела, подлежат возврату, поскольку неправильное оформление материалов дела, и соответственно его неполнота, не может быть восполнена при рассмотрении», – сказано в карточке дела, опубликованной на сайте суда.
В материалах дела не приведена информация о том, в связи с чем силовики составили протокол на Улимбегова.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425636
Юриста и блогера Илью Ремесло вернули из психиатрической больницы обратно в СИЗО
Напомним, уроженец Нальчика, провластный юрист и блогер Илья Ремесло в марте 2026 года опубликовал посты с резкой критикой Владимира Путина. Позже его госпитализировали в городскую психиатрическую больницу № 3 им. Скворцова-Степанова в Санкт-Петербурге. В медиа и Telegram-каналах обсуждали, что это могло быть попыткой избежать уголовного преследования.
17 июля Ремесло был задержан по обвинению в распространении фейков об армии по мотиву политической ненависти, в тот же день суд в Москве арестовал его на два месяца.
В конце июля из СИЗО Илью Ремесло перевели в Москву в Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В. П. Сербского для проведения судебной психолого-психиатрической экспертизы.
https://www.kommersant.ru/doc/8845129
24 августа 2026 года ТАСС со ссылкой на адвоката обвиняемого Сергея Бадамшина сообщили, что Илью Ремесло перевели из Института имени Сербского в СИЗО.
https://www.zaks.ru/new/archive/view/268415
Ремесло перевели обратно в СИЗО №7 города Москвы. В институте в отношении блогера была проведена стационарная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, по итогам которой он был признан вменяемым.
https://www.instagram.com/reels/DcjFzpMzIVD
В итоге уроженцу Нальчика блогеру Илье Ремесло не удалось добиться признания ареста по делу о распространении фейков об армии незаконным.
Московский городской суд признал законным решение Басманного суда Москвы об аресте блогера Ильи Ремесло, обвиняемого в распространении фейков о вооруженных силах РФ, сообщило ТАСС.
«Постановление суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения», – говорится в решении суда.
Заседание прошло в закрытом режиме и продлилось около 20 минут, журналистов пустили только на оглашение итогового решения. Ремесло пытался сказать что-то журналистам в ожидании итога, но звук на трансляции из СИЗО был отключен.
После окончания заседания Ремесло отключили от видеосвязи, но потом решили подключить, так как судья не спросила, понятно ли ему решение. «Спасибо за внимание к моему делу. Россия будет свободной!» – заявил блогер.
Блогер останется в следственном изоляторе как минимум до 16 сентября 2026 года, пока материалы его дела готовят к передаче в Басманный суд Москвы.
Продление ареста известному прорекремлевскому блогеру и юристу Илье Ремесло, который сам долгое время специализировался на жалобах и доносах против оппозиционеров, стало ярким примером работы запущенного «маховика репрессий», который теперь начал поглощать и самих Z-патриотов.
Ситуация с его арестом и отправкой на психиатрическую экспертизу демонстрирует важные изменения в государственной политике контроля за информационным полем:
- Манипуляция карательной психиатрией: Направление Ильи Ремесло в психиатрический стационар для проведения комплексной экспертизы после того, как он «допустил критику», является возрождением советских практик изоляции. В правовой системе это используется администрацией силовиков для психологического давления на обвиняемого, подрыва его авторитета и создания барьера для полноценной защиты.
- Ликвидация «монополии на критику»: Данное дело показывает, что статус лояльного государству спикера больше не гарантирует неприкосновенность. Как только Z-блогеры выходят за рамки жестко согласованных Кремлем тем (будь то критика Минобороны, коррупции, снабжения или стратегии на СВО), они мгновенно приравниваются к системной оппозиции. Против Ремесло были применены ровно те же инструменты (включая статью о «фейках об армии» и продление содержания под стражей), которые он сам одобрял в отношении других граждан.
- Показательный процесс для среды: Содержание Ремесло под стражей (продленное Басманным судом до 10 октября), несмотря на его былые заслуги перед системой, призвано стать сигналом для всего сообщества военных блогеров и «патриотических» лидеров мнений. Государство ясно дает понять, что любая несанкционированная рефлексия или критика действий власти изнутри Z-лагеря будет пресекаться максимально жестко, вплоть до полного лишения свободы.
Цикл преследований за активизм и правозащитную деятельность
Верховный суд Кабардино-Балкарии оставил приговор Ахмеду Погорову без изменений
В ноябре 2025 года Нальчикский городской суд в закрытом режиме вынес вердикт сопредседателю Всемирного конгресса ингушского народа Ахмеду Погорову, назначив ему наказание в виде девяти лет лишения свободы в колонии общего режима. Политику вменялись организация насилия против представителей власти во время протестов в Магасе и участие в экстремистском сообществе. Помимо тюремного срока, суд лишил его государственных званий и наград, однако, по свидетельству родственников и близких, этот шаг никак не пошатнул глубокое уважение и авторитет, которыми Погоров пользуется среди жителей Ингушетии.
В августе 2026 года Верховный суд Кабардино-Балкарии, изучив апелляционную жалобу бывшего министра внутренних дел Ингушетии Ахмеда Погорова, признал решение законным и оставил девятилетний срок в силе. Сторона защиты категорически не согласна с данным решением, настаивая на том, что при разбирательстве дела об ингушских протестах и экстремистском сообществе суд первой инстанции допустил фундаментальные процессуальные нарушения.
Ахмед Погоров — в прошлом руководитель МВД Ингушетии и один из лидеров Всемирного конгресса ингушского народа. Долгое время он находился в федеральном розыске из-за столкновений между гражданскими активистами и силовиками на мартовском митинге в Магасе в 2019 года. Еще до вынесения судебного решения Росфинмониторинг внес Погорова в реестр экстремистов и террористов. Представители правозащитного сообщества назвали этот шаг грубым нарушением презумпции невиновности, которое изначально предопределило жесткий обвинительный уклон всего процесса.
Адвокат детально перечислил грубые процессуальные нарушения, сопровождавшие судебное разбирательство. Наиболее прецедентным стало то, что после удаления Погорова из зала суда заседания продолжались без его участия на протяжении восьми месяцев и десяти дней, за которые в отсутствие обвиняемого прошло 108 судебных слушаний. Помимо этого, защита заявила об ограничении права на защиту, поскольку осужденному так и не предоставили возможность в полном объеме изучить материалы своего уголовного дела для подготовки к апелляционному процессу.По убеждению адвокатов, вердикт Нальчикского городского суда фактически скопирован с приговора Кисловодского городского суда от 2021 года, вынесенного остальным лидерам ингушской оппозиции. При этом материалы в отношении самого Погорова изначально изолировали в отдельное производство, и их самостоятельное рассмотрение затянулось почти на два с половиной года.
Напомним, что ключевые фигуры ингушского протеста – семь гражданских активистов – ранее были осуждены за создание и участие в экстремистском сообществе. В декабре 2021 года суд назначил Ахмеду Барахоеву, Мусе Мальсагову и Малсагу Ужахову по девять лет заключения; Исмаил Нальгиев, Багаудин Хаутиев и Барах Чемурзиев получили по восемь лет, а Зарифа Саутиева – семь с половиной лет колонии.
Защита политзаключенных пыталась оспорить в Верховном суде РФ жесткие ограничения, накладываемые на активистов после их будущего освобождения, однако высшая инстанция отказалась принимать жалобу к рассмотрению.
Истоком данного масштабного политического преследования стали события 26 марта 2019 года, когда в Магасе начался массовый, изначально одобренный властями митинг. Несмотря на то, что согласованное время истекало вечером, демонстранты приняли решение остаться на площади на ночь, после чего утром 27 марта 2019 года силовики предприняли жесткий силовой разгон мирной акции.
Ахмед Погоров стал восьмым фигурантом «ингушского дела», приговоренным к длительному сроку заключения.
Анализ судебного процесса в отношении Ахмеда Погорова и других лидеров ингушского протеста выявляет грубые, беспрецедентные отступления от стандартов справедливого правосудия и принципа состязательности сторон. Проведение 108 судебных заседаний в течение более чем 8 месяцев в отсутствие удаленного из зала подсудимого лишило его фундаментального права на личное участие в судебном разбирательстве и прямую защиту от предъявленного обвинения. Ситуация усугубилась ограничением доступа к материалам дела перед апелляционным рассмотрением, а также признаками текстуального заимствования (плагиата) судебного решения из более ранних приговоров по «ингушскому делу», что ставит под сомнение самостоятельность, объективность и беспристрастность суда первой инстанции.
Отказ Верховного суда РФ рассматривать жалобу на постпенитенциарные ограничения для уже осужденных активистов закрепляет практику бессрочного административного давления на гражданских лидеров даже после отбытия ими основного наказания. В совокупности данные факты позволяют квалифицировать преследование руководства Всемирного конгресса ингушского народа как скоординированную кампанию, направленную на подавление законного права граждан на мирные собрания и выражение несогласия с действиями исполнительной власти.
Активисты и правозащитники обратились к Генеральному прокурору РФ с призывом защитить учёную Ларису Тупцокову от абсурдных обвинений
Лариса Тупцокова является профессиональной журналисткой, филологом и преподавателем черкесского языка. В октябре 2025 года она заявила, что сотрудники правоохранительных органов организовали обыски в родительском доме на территории Адыгеи и подвергли допросам членов ее семьи в рамках расследования уголовного дела об экстремистской деятельности. Несколько ранее, в конце сентября, Тупцокова, которая в настоящее время проживает в Грузии, получила информацию о том, что в Российской Федерации против нее официально возбуждено уголовное дело по экстремистской статье. Данным событиям предшествовало появление в сети интернет (приблизительно за месяц до этого) поддельного веб-ресурса Черкесского культурного центра в Тбилиси, ранее признанного экстремистским, на котором от имени Ларисы Тупцоковой распространялись различные публикации.В августе 2026 года на официальном портале Кабардино-Балкарского правозащитного центра было размещено открытое обращение представителей черкесского активистского сообщества, адресованное Генеральному прокурору Российской Федерации, с требованием обратить внимание на продолжающееся преследование Ларисы Тупцоковой.
«Мы, представители черкесской общественности, деятели науки и культуры, обращаемся к Вам в связи с вопиющим случаем неправосудного уголовного преследования, которое уже получило широкий общественный резонанс как в Российской Федерации, так и за её пределами. Речь идёт о деле в отношении признанного учёного-филолога, преподавателя родного языка, поэта и переводчицы Ларисы Тупцоковой, которой инкриминируется участие в деятельности организации, признанной экстремистской», – говорится в обращении.
Авторы обращения подчеркнули, что защитнику Ларисы Тупцоковой наконец представилась возможность изучить материалы уголовного дела. Детальный анализ этих документов наглядно продемонстрировал, что «уголовное преследование полностью лишено фактической базы и опирается на умышленные искажения реальности». «Данный процесс является не плодом честного расследования, а преднамеренной фабрикацией обвинительного заключения с целью перевода в уголовную плоскость абсолютно законной просветительской деятельности специалиста, чья единственная «провинность» состоит в сохранении родной культуры и языка. Текст постановления о привлечении в качестве обвиняемой переполнен фактическими неточностями, каждая из которых легко аннулируется официальными государственными актами. В первую очередь, следственные органы целенаправленно искажают юридический статус Черкесского культурного центра в Тбилиси (внесенного в РФ в реестр экстремистских структур), сотрудницей которого являлась Тупцокова. Силовики позиционируют его как «иностранную неправительственную некоммерческую организацию», хотя в реальности данный центр является легальным государственным учреждением, интегрированным в структуру Министерства культуры Грузии, что прямо доказывается официальными правительственными данными и не подлежит сомнению. Более того, Верховный суд Российской Федерации наложил запрет на экстремистское объединение с совершенно другим наименованием, однако следствие упорно игнорирует объективные факты и продолжает продвигать свою ошибочную правовую квалификацию», — констатировали правозащитники.
Кроме того, Тупцоковой приписывается статус старшего научного сотрудника, который она в действительности никогда не имела, а также заявляется, будто она продолжает свою деятельность в центре до сих пор. Однако, исходя из официального контракта и распоряжения об увольнении от 27 августа 2024 года, она являлась обычным специалистом и расторгла трудовые отношения задолго до того, как Верховный суд России в июне 2024 года вынес решение о запрете организации как экстремистской. Фактически ее работа в данном учреждении прекратилась еще осенью 2023 года. Из этого следует, что вменяемое ей участие в деятельности структуры после получения ею статуса экстремистской хронологически невозможно и полностью опровергается документами. Столь же абсурдной выглядит ситуация с возложением на Тупцокову ответственности за создание проекта Circassian Media. Следственные органы, преднамеренно или из-за халатности, называют ее основателем этой платформы, несмотря на то, что автором и руководителем проекта выступает совсем другой человек», – резюмировали правозащитники, отдельно указав на то, что «в материалах следствия не приведено ни единой конкретной ссылки на статьи, интервью или медиаматериалы, которые содержали бы призывы к противоправной деятельности».
«Не приведено ни одной цитаты, не указано, проводилась ли лингвистическая или политологическая экспертиза этих материалов, не названы доказательства, на основании которых следствие делает столь серьёзные выводы. Такое построение обвинения является прямым нарушением принципа конкретности и обоснованности, предусмотренного уголовно-процессуальным законом», – отметили они.
Авторы обращения подчеркнули, что искажены даже личные данные, так, в постановлении утверждается, что у Тупцоковой нет несовершеннолетних детей, тогда как она является матерью троих детей, один из которых — гражданка Российской Федерации, и этот факт подтверждён свидетельствами о рождении.
«Также следствие заявляет, что она выехала из России в 2017 году для осуществления экстремистской деятельности, однако документально подтверждено, что она проживает в Грузии с 2011 года в связи с заключением брака с гражданином Грузии, что удостоверено свидетельством о браке от 10 февраля 2012 года, и все её последующие поездки в Российскую Федерацию носили исключительно личный характер. Утверждение о том, что она скрывается от следствия, также не соответствует действительности, поскольку она не меняла место жительства, не меняла паспортных данных, а её контактный номер телефона оставался неизменным с 2011 года и был доступен в публичном пространстве. Следствие имело все возможности для связи с ней, но предпочло пойти по пути заочного ареста и объявления в розыск, что является явным злоупотреблением процессуальными правами», – говорится в обращении.
Полное отсутствие в материалах дела предметных доказательств, профильных экспертных заключений и даже элементарных цитат из инкриминируемых высказываний прямо свидетельствует о том, что объективная сторона вменяемого преступления была сконструирована искусственно.Весь массив обвинения базируется на систематической и преднамеренной подмене реальных фактов – начиная от официального статуса самой организации и занимаемой обвиняемой должности, заканчивая искажением сведений о её семейном положении и точных датах переезда за рубеж, резюмировали правозащитники.
«Каждый значимый пункт обвинения опровергается официальными документами, которые Тупцокова уже передала своему адвокату и которые готовы быть представленными в любой момент. Отсутствие в деле конкретных доказательств, экспертных заключений и даже простых цитат инкриминируемых высказываний свидетельствует о том, что объективная сторона преступления просто сконструирована искусственно. Нам, как представителям общественности, очевидна истинная причина происходящего. Это не борьба с экстремизмом, а политически мотивированная акция, направленная на дискриминацию черкесского национального движения и криминализацию учёных и деятелей культуры, сохраняющих родной язык и историческую память», – указали авторы обращения.
Правозащитники особо подчеркнули, что Лариса Тупцокова является одним из наиболее авторитетных представителей черкесской интеллигенции, чьи просветительские труды заслужили глубокое признание как на родине, так и среди многочисленной зарубежной диаспоры. Многочисленные обращения в ее поддержку, поступившие от черкесских ассоциаций и видных общественных деятелей из разных стран мира, наглядно демонстрируют международный масштаб и очевидность той несправедливости, с которой столкнулась исследовательница.
Порядка 30 известных правозащитников и гражданских активистов, представляющих Адыгею, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию и Краснодарский край, выступили с консолидированным требованием немедленно закрыть уголовное дело против Тупцоковой в связи с полным отсутствием самого события преступления. Авторы коллективного заявления отдельно выделили ее неоценимый вклад в дело сбережения и развития родного языка, а также предупредили, что данное преследование рискует превратиться в опасный прецедент для репрессий против любых других лиц, которые в разные годы легально взаимодействовали с Черкесским культурным центром в Тбилиси.
«Мы вынуждены констатировать, что данное уголовное дело является примером грубейшей судебной и следственной ошибки, граничащей с фальсификацией. Уголовное преследование осуществляется за действия, которых обвиняемая не совершала, а сама фабула дела не соответствует фактическим обстоятельствам ни по одному из ключевых элементов состава преступления», – указали они, отметив, что возникает «опасный прецедент, когда культурная деятельность, научные изыскания и литературное творчество могут быть произвольно объявлены преступлением».
«Обращаемся к Вам как к высшему должностному лицу органов прокуратуры Российской Федерации, уполномоченному осуществлять надзор за точным и единообразным исполнением законов в ходе дознания и предварительного следствия. Убеждены, что направление данного уголовного дела в суд повлечёт за собой не просто судебную ошибку, а сознательную легитимацию заведомо ложных обвинений, что недопустимо как с позиций строгого соблюдения закона, так и с точки зрения фундаментальных принципов справедливости. В этой связи просим Вас незамедлительно провести проверку всех изложенных в обращении обстоятельств, дать надлежащую оценку действиям следователей, допустившим грубейшие фактические ошибки и проигнорировавшим очевидные документальные доказательства. Также просим принять меры прокурорского реагирования, предусмотренные законом, и прекратить уголовное преследование Ларисы Тупцоковой в связи с отсутствием как события преступления, так и состава преступления в её действиях. Убеждены, что только Ваше прямое вмешательство способно остановить вопиющий произвол и восстановить попранную справедливость», – констатировали авторы обращения.
Под ним подписались председатель Кабардино-Балкарского отделения «Российской Ассоциации жертв политических репрессий» (Нальчик) Маркс Шахмурзов, председатель Кабардино-Балкарского регионального правозащитного центра (Нальчик) Валерий Хатажуков, полковник полиции в отставке, почётный сотрудник МВД РФ Рамазан Ачмизов, общественные деятели Руслан Гвашев, (поселок Лазаревское, Сочи), Альберт Адамоков и Мухамед Черкесов (Черкесск), Руслан Ачмиз (Майкоп), Алик Шашев, Исмел Мешев и Азамат Шорманов (Нальчик), заслуженный работник культура Республики Адыгея Абид Гисса (Майкоп), учитель адыгейского языка Даханагу Ачох (Туапсе), художник Заудин Токов (Нальчик), народный художник Республики Адыгея и заслуженный художник КЧР Абьдуллах Берсиров и заслуженный врач РФ Байзет Схаляхо.
Уголовное преследование Л. Тупцоковой имеет признаки искусственного конструирования состава преступления и грубого нарушения стандартов законности по следующим основаниям:
- Нарушение принципа хронологической преемственности: Вменение участия в деятельности «экстремистской организации» (ст. 282.2 УК РФ) хронологически невозможно, так как трудовые отношения Тупцоковой с Черкесским культурным центром в Тбилиси были официально прекращены в августе 2024 года, то есть задолго до вступления в силу решения Верховного суда РФ о признании организации экстремистской. Закон не имеет обратной силы (ст. 10 УК РФ).
- Фальсификация объективной стороны преступления: Обвинение строится на подмене юридического статуса организации (государственное учреждение Минкультуры Грузии позиционируется как иностранная НПО) и приписывании обвиняемой чужого авторства (проект Circassian Media), должностей и анкетных данных. В материалах дела полностью отсутствуют конкретные факты, цитаты или экспертные заключения, подтверждающие совершение противоправных деяний.
- Использование цифровых фальсификаций (спойлеров): Возбуждению дела предшествовало создание фейкового сайта-двойника организации, что указывает на скоординированную кампанию по фабрикации цифровых улик и созданию ложных поводов для преследования.
Преследование Ларисы Тупцоковой носит выраженный политический характер и направлено на криминализацию легальной международной культурно-просветительской деятельности. Дело создает опасный прецедент «коллективной вины» для любых представителей черкесской интеллигенции и диаспоры, когда-либо сотрудничавших с культурными институтами Грузии.
Неправомерные действия силовиков в отношении правозащитника Валерия Хатажукова
Пограничный контроль в международном аэропорту Минеральных Вод более двух часов удерживал руководителя Кабардино-Балкарского правозащитного центра Валерия Хатажукова, устроив ему допрос о его профессиональной деятельности и контактах в Турции.
Правозащитник возвращался из Стамбула, где проходил сложное медицинское лечение – операцию по удалению злокачественного новообразования. Как отметил сам Хатажуков, он в полном объеме ответил на стандартные вопросы сотрудников погранслужбы о целях своего визита за рубеж и предоставил официальные выписки из турецкого госпиталя. Однако силовики не ограничились проверкой медицинских справок и перешли к расспросам о внутренней работе правозащитной организации, а также попытались выяснить, посещали ли его в палате турецкие граждане.
В связи с неправомерным давлением и превышением полномочий со стороны сотрудников ведомства в Минводах, Валерий Хатажуков направил официальную жалобу на имя Генерального прокурора Российской Федерации.
Представители ведомства категорически отказались сообщать свои фамилии и демонстрировать служебные документы, сославшись лишь на условный идентификационный код «ВН-0071», а двухчасовое удержание аргументировали абстрактной ссылкой на проведение военной операции. В тексте официальной жалобы, размещенной на портале правозащитного центра Кабардино-Балкарии, Хатажуков подчеркивает, что никаких законных процессуальных решений о его административном задержании силовиками не принималось, равно как не имелось и объективных признаков совершения им какого-либо правонарушения.
Подобные действия сотрудников погранслужбы руководитель центра квалифицировал как прямое попрание статей 22, 23 и 24 Конституции РФ, гарантирующих гражданам свободу, личную неприкосновенность, защиту частной жизни и устанавливающих жесткий запрет на сбор конфиденциальной информации о человеке без его личного одобрения. Принудительный сбор сведений о профессиональной правозащитной активности и личных связях полностью выходит за рамки целей пограничного контроля, регламентированных федеральным законодательством, а само лишение свободы передвижения не имело под собой законных оснований для задержания. При подтверждении указанных фактов случившееся должно быть расценено как уголовно наказуемое превышение должностных полномочий.
В своем обращении Хатажуков требует инициировать служебное расследование для выявления персональных данных должностных лиц, скрывающихся под шифром «ВН-0071». В качестве доказательной базы к заявлению прикреплены официальные копии медицинских свидетельств из стамбульского онкологического центра.
Подобные жесткие фильтрационные мероприятия в международном аэропорту Минеральных Вод приобрели системный характер, регулярно затрагивая как постоянных жителей Кабардино-Балкарии, так и представителей российской черкесской диаспоры, прибывающих из Турции и иных государств, констатирует руководитель центра. По его глубокому убеждению, столь избирательное и предвзятое внимание силовых структур к гражданам, возвращающимся из-за границы, не только нарушает их законные права, но и наносит серьезный репутационный ущерб Российской Федерации, дискредитируя ее статус как правового государства.
https://memorialcenter.org/ru/news/v-minvodah-pogranichniki-uderzhivali-70-letnego-pravozashhitnika
Председатель Комитета «Гражданское содействие», Светлана Ганнушкина, комментируя ситуацию, отметила, что имеет место «довольно большой поток жалоб о том, что людей не пропускают через границу в России, в общем, без всякого основания. Восьмидесятилетнюю женщину не пропустили при том, что она регулярно жила в России у дочери – российской гражданки. Она, по их словам, представляет «опасность для обороноспособности Российской Федерации». Представляете, бабушка, которая угроза для обороноспособности. Также не разрешили вернуться студенту, который обучался в РФ. В ответ на наши новые обращения наконец ответили: «Рекомендуем повторить попытку въезда в Российскую Федерацию после окончания СВО», рассказала она.
Представитель Правозащитного центра КБР Заур Шокуев считает, что вероятность того, что в ходе прокурорской проверки будут установлены конкретные должностные лица, причастные к данному инциденту, как показывает практика, крайне мала.
По мнению правозащитника, значимость прокурорской оценки определяется не частным характером инцидента, на что указывает в своём заявлении Хатажуков, а системностью практики пограничников.
Активистка из Нальчика Ольга Бегретова пожаловалась на принудительную дактилоскопию в аэропорту Минеральных Вод в ноябре 2022 года. Следствие не усмотрело нарушений в действиях пограничников. Бегретова обратилась в военный суд в Пятигорске с требованием обязать следствие возбудить дело против сотрудников погранслужбы, однако суд признал законными и действия пограничников, и отказ следствия расследовать инцидент. После этого активистка потребовала признать незаконным отказ республиканского УФСБ предоставить собранную о ней информацию. Нальчикский городской суд, сославшись на государственную тайну, в иске отказал, Верховный суд Кабардино-Балкарии оставил это решение в силе. В ноябре 2024 года Бегретова потребовала провести проверку, чтобы устранить противоречия в заявлениях представителей Погрануправления ФСБ по Кабардино-Балкарии. Ответа она не получила и пожаловалась в Военное следственное управление СК по Южному военному округу на бездействие 55-го военного следственного отдела.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/426133
Инцидент с принудительным удержанием и допросом В. Хатажукова в аэропорту Минеральных Вод содержит признаки грубого нарушения конституционных прав гражданина и превышения должностных полномочий сотрудниками Пограничной службы ФСБ РФ. Описанный инцидент требует проведения служебной проверки органами военной прокуратуры для установления личностей сотрудников и правовой квалификации их действий. Практика необоснованных фильтрационных мероприятий в отношении активистов и подрывает конституционные основы правового государства.
Смерть черкесского репатрианта Нурдина Карафа и отказ силовиков выдавать тело родственникам
Жителя Нальчика Халида Карафа, приехавшего в Россию как репатриант из Сирии, его жену и дочь вызвали в ФСБ после того, как мужчина пытался выяснить судьбу пропавшего сына. Халиду угрожали, что сына и его самого «отправят на СВО в штурмовики», а позже сообщили, что его сын мертв.
По мнению отца, причиной задержания Нурдина могли стать его собственные посты и комментарии в социальных сетях. «Я писал и пишу правду», – подчеркнул Караф.
Поздно вечером 5 августа один из активистов черкесской организации, говоривший на условиях анонимности, сообщил корреспонденту «Кавказского узла», что Халида Карафа, его жену и дочь вызвали в ФСБ. Там членам семьи заявили, что Нурдин Караф мертв.
В этот период отца Нурдина, по сообщениям, заставили записать видео, в котором утверждается, что его сын добровольно служил контрактником в российских вооруженных силах. Черкесские активисты, знакомые с делом, решительно отвергают это утверждение. Они утверждают, что Нурдин не был солдатом-контрактником и что записанное заявление его отца было сделано под принуждением. Поэтому они утверждают, что видео не может рассматриваться как добровольный или достоверный отчет о военном статусе Нурдина или обстоятельствах его исчезновения.
«Насколько я знаю, сейчас они будут пытаться сделать так, чтобы Халид записал опровержение своих заявлений о пропаже сына. Сам он пытается добиться, чтобы ему отдали тело сына», – подчеркнул активист.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425525
По информации интернет-ресурса «justicefornorthcaucasus.info», согласно источникам, близким к российским спецслужбам, Нурдин фактически был насильственно мобилизован российскими военными и должен был быть отправлен сражаться на украинский фронт. Источники указывают, что он сопротивлялся отправке на войну и впоследствии был доставлен в мобилизационный лагерь, местонахождение которого остается неизвестным.
Сообщается, что Нурдин подвергался жестоким пыткам в лагере. Считается, что он умер в результате пыток, которым его подвергли из-за его сопротивления принудительной мобилизации.
Впоследствии его семье сообщили о его смерти и показали фотографии его тела. Однако в выдаче тела Нурдина Карафа родственникам было отказано. Отчет судебно-медицинской экспертизы или прозрачное официальное объяснение обстоятельств и точной причины его смерти не были обнародованы, альтернативное вскрытие не представляется возможным ввиду отсутствия доступа к телу.
Источники, знакомые с делом, выразили обеспокоенность тем, что тело может храниться в течение длительного периода. Такая задержка может привести к тому, что возможные следы пыток — особенно повреждения мягких тканей — и другие судебные доказательства ухудшатся или их будет труднее идентифицировать, что потенциально поставит под угрозу независимое установление причины и обстоятельств смерти Нурдина.
Сообщение об отказе выдать тело усилило негативный резонанс в черкесских общинах. Также возникли подозрения, что задержка может быть направлена на то, чтобы воспрепятствовать проведению независимого патологоанатомического исследования и не допустить эффективного документирования травм, которые могли бы установить причину смерти Нурдина.
Черкесские активисты призывают к немедленному возвращению тела Нурдина его семье, к сохранению всех возможных улик и к независимому расследованию его принудительной мобилизации, сообщений о пытках и смерти.
Сообщения о пытках, смертях во время содержания под стражей и других серьезных нарушениях прав человека в российских местах содержания под стражей неоднократно документировались правозащитными организациями. На этом фоне утверждения о смерти Нурдина Карафа и сообщения о принуждении его семьи требуют независимого и прозрачного расследования.
Правозащитники и эксперты опубликовали обращение, потребовав от властей и силовых ведомств Российской Федерации соблюдения закона РФ «О погребении и похоронном деле», согласно которому родственники имеют безусловное право на получение тела умершего для проведения обрядов как минимум, а также официального медицинского свидетельства о смерти с указанием точной причины и результатов судебно-медицинской экспертизы и обеспечения возможности повторного независимого исследования.
Они призвали к соблюдению норм Международного гуманитарного права, в частности «Женевских конвенций», в том случае, даже если официальные органы настаивают на версии, что Нурдин Караф являлся военнослужащим по контракту – государство обязано способствовать поиску, идентификации и уважительному возвращению останков погибших их семьям.
Они акцентировали на том, что если подтвердится версия правозащитников о насильственном удержании и пытках, отказ выдать тело будет рассматриваться международным правом как продолжение бесчеловечного обращения с семьей погибшего.
Команда «Омбудсмен Медиа» совместно с International Circassian Center for Support and Assistance (США) отмечают, что, несмотря на то, что Россия вышла из Совета Европы и больше не исполняет новые решения ЕСПЧ, специальные процедуры Организации Объединенных Наций по прежнему остаются ключевым юридическим рычагом на международном уровне.
В связи с этим было подготовлено обращение в Рабочую группу ООН по насильственным или недобровольным исчезновениям (WGEID), после рассмотрения которого ООН может направить официальный запрос правительству РФ с требованием прояснить судьбу и выдать останки.
Также была сформулирована жалоба к Специальному докладчику ООН по внесудебным казням, казням без надлежащего судебного разбирательства или произвольным казням, который может инициировать коммуникацию с властями РФ и к Специальному докладчику ООН по вопросу о положении правозащитников для защиты родителей Нурдина и активистов, которые подвергаются давлению.
Было направлено письмо с изложением ситуации Нурдина Карафа в Комитет по правам человека ООН (КПЧ ООН), который неоднократно признавал невыдачу тел родственникам нарушением статьи, запрещающей пытки (в контексте ментальных страданий семьи).
Также направлено обращения в ключевые международные правозащитные организации. В первую очередь в Amnesty International & Human Rights Watch, которые имеют отлаженные механизмы реагирования на сообщения о пытках и смертях в закрытых учреждениях. Важно, что их верификация кейса открывает двери в мировые СМИ.
Кроме того, во Всемирную организацию против пыток (OMCT) / Международную федерацию за права человека (FIDH), которые специализируются на правовой помощи жертвам пыток и давлении на государственные органы через международные институты.
Что касается юридических действий внутри Российской Федерации, то, несмотря на ангажированность системы, прохождение внутренних инстанций, к сожалению, остается обязательным – это необходимо для фиксации фактов, получения официальных отказов (документов) и последующей передачи дела в ООН. Семья Нурдина Карафа была проинформирована о необходимой совокупности действий в этом направлении.
https://cherkesusa.com/api/reports/cf598fe3-63a4-4891-b1ec-63e20f25a102/download
Цикл преследований по обвинению в экстремизме
Реальные сроки участникам мифического «шариатского патруля»
Напомним, в июле 2024 года жителей Тырныауза, подозреваемых в участии в «шариатских патрулях», якобы требовавших от жителей республики соблюдения морально-нравственных рамок, задержали силовики. В июне 2025 года дело десяти обвиняемых было направлено в Эльбрусский районный суд.
В августе 2026 года Эльбрусский районный суд в Кабардино-Балкарии огласил приговор десяти фигурантам уголовного дела о «шариатском патруле». Восемь из них – Дамрай Байзулаев, Азамат Жашуев, Тамаз Званбая, Мурман Ивечиани, Тимур Карданов, Аслан Нахушев, Шамиль Рахаев и Зейтун Теммоев – обвинялись в участии в экстремистском сообществе
Нажмудину Лиеву, помимо этой статьи, вменялись публичные призывы к экстремизму через интернет. Асхата Чеченова обвинение сочло организатором экстремистского сообщества. Кроме того, Чеченов обвинялся, как и Лиев, в публичных призывах к экстремистской деятельности.
Суд признал всех подсудимых виновными. Организатору «шариатских патрулей» назначено семь лет и шесть месяцев строгого режима с ограничением свободы на два года. Также ему запрещено администрировать интернет-сайты и участвовать в работе религиозных общественных организаций в течение трех лет после освобождения.
Девять участников сообщества получили от трех с половиной до четырех с половиной лет колонии общего режима с ограничением свободы на один год, сообщила сегодня пресс-служба Эльбрусского райсуда на своем сайте.
«Чем какая-нибудь «Русская община» отличается от «шариатских патрулей»? Тем, что «Русская община», очевидно, имеет некоторую крышу и действует совместно с силовиками. А здесь силовиков не было, но в какой-то момент они обратили на эту группу внимание. Сейчас они борются с этим явлением, попутно повышая отчётность по борьбе с экстремизмом», – прокомментировал ситуацию в репортаже «Радио Свобода» правозащитник центра «Мемориал» Александр Черкасов.
https://tass.ru/proisshestviya/28002801
При этом четверо из десяти осужденных по делу о «шариатских патрулях» подали апелляционные жалобы на приговор Эльбрусского райсуда. Их защита называет приговор незаконным и необоснованным, ставит вопрос о его отмене и полном оправдании осужденных.
Примечательно, что даже те, кого причислили к пострадавшим, рассказывают о том, что «экстремистская деятельность» осужденных сводилась к беседам в комнате для изучения арабского языка при мечети.
Так, житель Тырныауза Бабаев поведал, что за неподобающее по мнению «шариатского патруля» поведение: алкоголизм, наркоманию, беспорядочные связи, провинившихся наказывали замечанием и обязывали регулярно посещать мечеть для совершения утреннего и вечернего намазов.
Суд первой инстанции счел это умышленным преступлением против основ конституционного строя РФ, заявив, что они призывали людей к этому, «руководствуясь чуждыми государству религиозно-экстремистскими убеждениями и мотивами, в целях пропаганды исключительности исповедуемой ими религии над остальными религиями», следует из приговора.
https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/425977
Одиннадцать молодых жителей республики были названы «террористической ячейкой»
По данным ФСБ, сотрудники спецслужбы совместно с сотрудниками МВД задержали в Зольском районе Кабардино-Балкарии сторонников запрещенной на территории России международной террористической организации (МТО).
«В Зольском районе Кабардино-Балкарской Республики задержаны 11 участников террористической ячейки одной из МТО, пропагандировавших радикальную идеологию, а также совершавших насильственные акции в отношении граждан, не разделяющих их взгляды», – привело РИА «Новости» сообщение спецслужбы.
https://www.kommersant.ru/doc/8908587
Южный окружной военный суд в Нальчике начал выездные слушания по делу 11 жителей Дагестана, готовивших теракты на объектах Вооруженных сил РФ, МВД и ФСБ в Дагестане
Южный окружной военный суд приступил к рассмотрению уголовного дела в отношении 11 человек, планировавших теракты в Дагестане, передает «Интерфакс» со ссылкой на свой источник. Процесс проходит в закрытом режиме.
Напомним, 15 апреля стало известно, что на рассмотрение Южного окружного военного суда в Ростове-на-Дону поступило дело о подготовке террористических актов в Дагестане в 2024 году, фигурантами его являются 11 человек. Для ускорения процесса первое заседание суда было решено провести в Нальчике.
Согласно обвинительному заключению, подсудимые планировали теракты, приобрели оружие и патроны. Кроме того, летом 2024 года они приобрели вещества и предметы для изготовления взрывчатки.
В качестве цели для совершения терактов обвиняемые определили воинскую часть ВС РФ в Кизляре, а также здания МВД и ФСБ в Дагестане. Они изготовили самодельные взрывные устройства и перевезли их в тайник, однако были задержаны после того, как сотрудники ФСБ обнаружили схрон с оружием и взрывчаткой.
На скамье подсудимых Ямлихан Алиев, Самир Амаев, Касум Акуев, Алибек Алибеков, Муртазали Магомедов и Али Алиев (все включены Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов), а также Магомед Муридбеков, Магомед Амаев, Шамиль Абубакаров, Рустам Дышниев и Артур Ахмедов, информирует «Коммерсант».
По версии следствия, подготовка к терактам началась в 2022 году. Организатором группы был Ямлихан Алиев, который собрал единомышленников, распределил роли и определил объекты будущих нападений. Одним из его ближайших соратников следствие считает Магомеда Муридбекова.
Большинство подсудимых имело среднее или высшее образование, работали в строительстве, частных охранных предприятиях или занимались бизнесом. Многие были женаты и воспитывали детей. Самому молодому фигуранту – Алибеку Алибекову – 20 лет.
В зависимости от роли обвиняемым вменяют организацию террористического сообщества и участие в нем, содействие террористической деятельности, приготовление к теракту, незаконный оборот оружия и взрывчатых веществ, а также незаконное изготовление взрывчатых веществ и взрывных устройств. По наиболее тяжким статьям обвинения им грозит пожизненное лишение свободы.
https://www.interfax.ru/russia/1111369
https://www.kommersant.ru/doc/8908913
В условиях тотальной милитаризации силового пространства Северного Кавказа любые формы конвенционального гражданского протеста фактически криминализированы. Не имея легальных институциональных каналов для выражения несогласия с политическим и военным курсом государства, молодые люди уходят в тень: они дистанцируются от подконтрольных государству официальных структур, предпочитая исповедовать религию и выстраивать общинные связи в независимых, неформальных пространствах — так называемых «домашних мечетях» и частных группах по изучению теологии.
Российский силовой аппарат системно эксплуатирует этот вынужденный уход молодежи в автономию. Любая независимая общественная организация или религиозная практика вне официального «духовенства» немедленно переквалифицируется в угрозу национальной безопасности. Федеральные силовые структуры рутинно маркируют это локальное мирное обособление как деятельность «экстремистского подполья» или участие в «террористических ячейках». Для государства эта подмена понятий решает важнейшую задачу: она позволяет оправдывать массовые аресты, выполнять статистические планы по борьбе с терроризмом и превентивно зачищать любые потенциальные очаги национально-освободительных настроений.
Уголовное преследование за отказ от участия в боевых действиях: судебная практика и статистика потерь
В августе 2026 года 14 человек были приговорены Нальчинским горнизонным военным судом к реальным срокам за самовольное оставление части в период мобилизации*
В частности:
- Казимир Чотчаев, которого суд в Нальчике приговорил к пяти годам лишения свободы, признав его виновным в отсутствии на службе более одного месяца.
Согласно материалам дела, военнослужащий Казимир Чотчаев 28 октября 2025 года, то есть «в период мобилизации», не явился к установленному времени на службу в воинскую часть в Ингушетии, сообщила пресс-служба Нальчикского гарнизонного военного суда на странице во «ВКонтакте».
15 декабря того же года Чотчаев добровольно прибыл в воинскую часть, а с 28 октября до 15 декабря он проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства.
- Ислам Гучев, которого суд в Нальчике приговорил к шести годам заключения, признав виновным в самовольном оставлении части.
Согласно материалам дела, военнослужащий Ислам Гучев 26 июля 2025 года самовольно оставил место службы и 22 января текущего года был задержан сотрудником полиции на посту федеральной трассы в Успенском районе Краснодарского края. Затем 24 февраля Гучев снова самовольно оставил место службы и 8 июня сам явился в отдел полиции Прохладного, сообщила пресс-служба Нальчикского гарнизонного военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Темерлан Гегиров, которого суд в Нальчике приговорил к пяти годам заключения, признав виновным в уклонении от прохождения военной службы.
Согласно материалам дела, военнослужащий Гегиров 3 февраля 2026 года самовольно оставил место службы, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
25 июня Гегиров добровольно прибыл в военный следственный отдел в Нальчике, а с 3 февраля до 25 июня он проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства.
- Виктор Дудник, который осужден военным судом в Нальчике на пять лет за двухмесячное отсутствие в части.
Виктор Дудник 16 апреля 2026 года «в период мобилизации» не явился к установленному времени на службу в воинскую часть. 19 июня 2026 года Дудник был обнаружен сотрудником правоохранительного органа в Прохладненском районе Кабардино-Балкарской Республики, а с 16 апреля до 19 июня 2026 года Дудник проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Амир Костоев, которого Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил к пяти годам колонии, признав виновным в самовольном оставлении части.
Суд установил, что Костоев 17 марта не явился на службу в пункт временной дислокации воинской части. 1 июня он добровольно прибыл в военный следственный отдел в станице Троицкая Сунженского района Республики Ингушетия, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Юсуп Едоков, которого Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил к шести годам колонии, признав его виновным в уклонении от прохождения военной службы.
Судом установлено, что Едоков 18 февраля 2026 года в период мобилизации не явился к установленному времени на службу в воинскую часть в Ростовской области. 22 апреля Едоков был обнаружен в городе Прохладном Кабардино-Балкарии, а с 18 февраля до 22 апреля он проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Рустам Хуштов, которого Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил к пяти годам колонии, признав его виновным в уклонении от прохождения военной службы.
Судом установлено, что Хуштов 1 декабря 2025 года, то есть «в период мобилизации», не явился к установленному времени на службу в воинскую часть в Ставропольском крае.
29 июня 2026 года Хуштов добровольно прибыл в военную комендатуру в Моздоке в Северной Осетии, а с 1 декабря 2025 года до 29 июня 2026 года он проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Военнослужащий-контрактник Золоторев, которого суд в Нальчике приговорил к 10 годам заключения, признав виновным в отсутствии на службе более месяца.
Согласно материалам дела, военнослужащий Золоторев с 17 февраля по 22 июня отсутствовал на службе в воинской части. Следствие считает, что за этот период он проводил время по своему усмотрению, в том числе по месту жительства, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
В марте 2024 года Золоторев заключил контракт с Минобороны и был условно освобожден. Поскольку наказание по последнему приговору он не отбыл, то Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил Золоторева к 10 годам лишения свободы в колонии строгого режима, признав его виновным в отсутствии на службе более одного месяца.
- Артур Ульбашев, которого суд в Нальчике приговорил к пяти годам и одному месяцу заключения, признав виновным в самовольном оставлении части.
Согласно материалам дела, военнослужащий Артур Ульбашев 16 января не явился на службу, а затем 4 февраля сам прибыл в воинскую часть. 24 февраля он снова не явился на службу, а затем 26 июня пришел в военный следственный отдел. Следствие считает, что в обоих случаях Ульбашев находился по месту жительства и проводил время по своему усмотрению, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Салим Жигунов, которого суд в Нальчике приговорил к шести годам заключения, признав виновным в отсутствии на службе свыше одного месяца.
Согласно материалам дела, военнослужащий Салим Жигунов 23 января 2025 года не явился в установленный срок на службу. 12 апреля 2026 года он был обнаружен полицейским в Нальчике. Затем 27 мая текущего года Жигунов вновь не явился на службу, а 9 июня сам прибыл в военный следственный отдел, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте».
- Данила Копылов, которого суд в Нальчике приговорил к пяти годам заключения, признав виновным в отсутствии на службе свыше одного месяца.
Согласно материалам дела, Копылов 12 августа 2025 года не явился на службу к установленному времени в воинскую часть, сообщила пресс-служба Нальчикского военного суда на странице во «ВКонтакте». 4 июня 2026 года он добровольно явился в военную комендатуру в Моздоке, а с 12 августа 2025 года до 4 июня 2026 года Копылов проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства.
- Аслан Ансоков, которого суд в Нальчике приговорил к шести годам заключения, признав виновным в уклонении от службы.
Согласно материалам дела, Ансоков 23 апреля 2026 года не явился на службу к установленному времени в воинскую часть, сообщила пресс-служба Нальчикского гарнизонного военного суда на странице во «ВКонтакте».
7 июня он добровольно явился в военную комендатуру в Северной Осетии, а с 23 апреля до 7 июня 2026 года Ансоков проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства.
Нальчикский гарнизонный военный суд признал Ансокова виновным в неявке в срок на службу продолжительностью свыше одного месяца. Кроме того, в ходе судебных слушаний выяснилось, что обвиняемый уже был осужден в 2025 году за отсутствие в воинской части. Тогда суд назначил ему наказание в виде лишения свободы на срок три года условно с испытательным сроком два года.
Таким образом, суд назначил ему по совокупности приговоров окончательное наказание в виде лишения свободы на срок шесть лет. Отбывать назначенный срок осужденный будет в колонии общего режима.
- Военнослужащий Вазаров, которого Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил к шести годам колонии общего режима за то, что он дважды без уважительной причины не являлся на службу в воинскую часть.
Нальчикский гарнизонный военный суд вынес приговор военнослужащему по фамилии Вазаров, признав его виновным в совершении преступлений по части 3.1 статьи 337 и части 5 статьи 337 УК РФ, сообщает пресс-служба суда на официальном сайте.
Суд установил, что Вазаров 5 августа 2025 года самовольно оставил воинскую часть, которая находится на территории, где введено военное положение. Кроме того, 31 марта текущего года он не явился в срок без уважительных причин на службу в воинскую часть. В первом случае 9 сентября Вазаров был госпитализирован в лечебно-реабилитационный центр, а во втором случае 21 апреля он сам пришел в военный следственный отдел, дислоцированный в Чечне. То есть время, когда он отсутствовал в воинской части, он проводил по месту своего жительства.
- Теймураз Кадыкоев, которого Нальчикский гарнизонный военный суд приговорил к двум годам колонии общего режима за то, что он без уважительной причины не явился на службу в воинскую часть.
Нальчикский гарнизонный военный суд вынес приговор военнослужащему по фамилии Кадыкоев, признав его виновным в совершении преступлений по части 3.1 статьи 337, сообщает пресс-служба суда на официальном сайте.
Суд установил, что Кадыкоев 30 июня 2026 года в период мобилизации не явился к установленному времени на службу в воинскую часть. 27 июля Кадыкоев добровольно прибыл в военный следственный отдел в Нальчике, а с 30 июня до 27 июля он проводил время по своему усмотрению по месту своего жительства, сообщила пресс-служба Нальчикского гарнизонного военного суда на странице во «ВКонтакте».
Итого, только за июль 2026 года 15 человек в Кабардино-Балкарии были приговорены к реальным срокам за самовольное оставление части в период мобилизации*.
В августе 2026 года стало известно, что из Украины в Кабардино-Балкарию не вернутся:
- Рамазан Басиев (Прохладный)
- Анзор Ашабоков (Прохладный)
- Руслан Абаноков (с. Интернациональное)
- Залим Жантиголов (Терек)
- Виктор Чипижный (с. Тамбовское)
- Эльнур Мирзаев (Нарткала)
Таким образом, официально признаны убитыми на украинском фронте не менее 470 бойцов из Кабардино-Балкарии.
https://xn—-dtbbip9adlm.xn--p1ai/geroi
Активисты против СВО
Многие национальные активисты высказывались против участия своего народа во вторжении в Украину. Так, первым об этом заявил ведущий черкесский активист Ибрагия Яганов, заявив, что «это не наша война». В марте 2026 года аналогичные выводы озвучил Айдамир Казаноков:
«Черкесам нельзя быть народом — но можно быть расходным материалом.
В Нальчике, в Кабардино-Балкарии, черкесам запрещают митинги, шествия и любые формы самоорганизации. Нам нельзя быть народом у себя дома: нельзя проводить Адыгэ Джэгу – традиционные игрища, нельзя полноценно отмечать 14 марта — День черкесского языка, нельзя праздновать 25 апреля — День черкесского флага, нельзя почтить память павших за свободу Черкесии 20 мая, нельзя 21 мая выйти на шествие в годовщину окончания русско-черкесской войны 1763–1864 гг.
Но под тем же национально-идеологическим и религиозным соусом — можно идти на чужую войну. Можно умирать за интересы государства, которое уничтожило нашу страну, рассеяло народ и до сих пор запрещает нам восстанавливать историческую память и развивать собственную культуру.Вот только вопрос: почему нам нельзя жить как народ — но можно умирать как ресурс?»
https://t.me/The_Circassian_Times/14514
Он также подметил: «Последнее время всё чаще звучат призывы вступать в добровольческие батальоны. Газеты, реклама контрактной службы и интервью с фронтовиками создают ощущение, что молодёжь должна всё больше стремиться идти на войну.
Глава добровольческого подразделения «Эльбрус» призывает следовать за ним и рассказывает о «комфортных условиях» на фронте. Когда зону боевых действий описывают как «санаторий с религиозным уклоном», возникает ощущение абсурда. Халяльная еда и комнаты для молитвы, это достойные условия для жизни, но могут ли они быть аргументом для участия в тяжелейшем военном конфликте?
Национальная среда, язык и вера должны объединять и сохранять народ, а не служить красивой обёрткой для привлечения людей в зону боевых действий».
https://t.me/The_Circassian_Times/14515
С точки зрения фундаментального международного права, действия Российской Федерации по мобилизации населения на агрессивную войну не имеют юридической силы и преступны по своей сути.
- Четвертая Женевская конвенция (1949 г.) — Статья 51: Согласно нормам международного гуманитарного права, оккупирующее государство «не может принуждать покровительствуемых лиц служить в его вооруженных или вспомогательных силах». Любая пропаганда или давление в пользу добровольного вступления в армию категорически запрещены.
- Гаагская конвенция (1907 г.) — Статья 52: Прямо запрещает требовать от населения оккупированных или аннексированных территорий участия в военных операциях против их собственной родины или третьих государств.
- Право на отказ от военной службы по соображениям совести: Закреплено в Статье 18 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП). Принуждение к участию в боевых действиях вопреки глубоким этическим, моральным или религиозным убеждениям человека является прямым нарушением права на свободу мысли и совести.
Россия, являясь подписантом данных конвенций, совершает международные преступления, вовлекая население оккупированных ею территорий (а также исторически присоединенных республик с уязвимым коренным статусом) в ведение агрессивной войны.
События, задокументированные в отчете за август 2026 года в Кабардино-Балкарии представляют собой визуализацию устойчивого вектора на последовательное перманентное нарушение базовых прав человека.
В августе 2026 года регулярный мониторинг правоприменительной практики и соблюдения прав человека в Кавказских Республиках, в том числе в Кабардино-Балкарии, выявил устойчивую тенденцию к расширению масштабов и ужесточению методов репрессивного давления со стороны правоохранительных и судебных органов. Анализируемый период характеризуется окончательным оформлением «конвейерного» принципа преследования как за актуальные проявления гражданского несогласия, так и в рамках ретроспективного контроля цифрового пространства.
Ключевой особенностью месяца стало внедрение государством практики «двойных приговоров» внутри пенитенциарной системы для бессрочной изоляции нелояльных осужденных, а также демонстративное использование обновленного законодательства о гражданстве в качестве инструмента идеологического контроля. Силовые ведомства продолжили искусственно конструировать уголовные дела против национальной интеллигенции, игнорируя базовые процессуальные нормы, принципы хронологической последовательности и презумпцию невиновности.
Параллельно фиксируется нарастание давления на правозащитное сообщество через внепроцессуальные удержания, неформальные допросы и дискриминационный фильтрационный контроль на транспортных узлах макрорегиона. Представленный отчет детально фиксирует данные нарушения, распределенные по ключевым аналитическим блокам, и содержит их независимую правовую оценку.
Тревожным аспектом репрессий стали участившиеся случаи преследования активистов, а также гражданского населения по «антивоенным статьям» и массовые приговоры за дезертирство (статья 337 УПК) в свете политики пролонгированного культурного колониализма.
В российском правовом контексте «антивоенные правонарушения» в первую очередь включают уголовные обвинения в распространении «заведомо ложной информации» о Вооруженных Силах (статья 207.3 Уголовного кодекса Российской Федерации) и неоднократной «дискредитации» армии (статья 280.3 УПК), а также соответствующие административные правонарушения. По данным правозащитного проекта «ОВД-Инфо», с февраля 2022 года по всей стране более 1180 человек подверглись уголовному преследованию в связи с антивоенной позицией. Правозащитные организации выделяют Северный Кавказ как регион с исключительно высокой плотностью преследований по антивоенным делам. На Северном Кавказе задокументированы сотни административных дел по статье 20.3.3 Уголовно-процессуального кодекса. Из-за правового механизма рецидивизма повторные административные правонарушения часто перерастают в полноценные уголовные обвинения. Задокументированные тюремные сроки в этих конкретных районах исчисляются десятками, в основном из-за комментариев в социальных сетях, одиночных пикетов или распространения антивоенной литературы.
Жители как ЮФО, так и СКФО регулярно заносятся в национальные реестры политических заключенных. Кроме того, в южных регионах наблюдается резкий рост числа уголовных обвинений с высокими ставками, включая государственную измену, шпионаж и саботаж.
Политические и антивоенные преследования на Северном Кавказе имеют ярко выраженные региональные особенности. В дополнение к стандартным законам о «фейковых новостях» и «дискредитации», региональные власти активно используют обвинения в экстремизме, терроризме и нападениях на сотрудников правоохранительных органов. Кроме того, карательные меры, как правило, распространяются не только на отдельных лиц, но и на родственников обвиняемых.
Хотя сводные региональные судебные данные по НФД и СФД остаются засекреченными, правозащитные организации неизменно относит Северный Кавказ к числу регионов с наибольшим количеством дел, связанных с дезертирством, в масштабах всей страны. К середине 2025 года в российские суды поступило более 18 000 уголовных дел о дезертирстве. Утечка данных из баз Министерства обороны показала, что только в Южном военном округе (ЮФО) более 26 000 военнослужащих были классифицированы как самовольно оставившие часть или место службы.
Хава Бештоева,
Координатор правозащитных инициатив,
«International Circassian Center for Support and Assistance» (США)